Это расстройство хуже, чем когда болеешь сам. Ездил в институт, отослал книги Ю. М. Пирютко, переговорил с Оксаной. У нас в этом году при приеме будет три единых экзамена: литература, русский язык, история. Министерство требует, чтобы мы за экзамен засчитывали и процедуру конкурсного отбора и выставляли соответствующие оценки. Это довольно сложно, потому что мы в первую очередь не знаем, сам ли студент написал присланный текст. Это выясняется постепенно из анализа его знаний, из качества и содержания его этюда и его поведения и ответов на собеседовании. Мы можем получить много блестящих самозванцев. Оксана жалуется на ректорат, на его упрямство и неадекватное понимание некоторых ситуаций. Детали и конкретику жалоб я опускаю. Я напомнил Оксане эпизод с ее истерикой во дворе, когда перед выбором ректора я ей дал некоторые советы. Кстати, сегодня ровно три года, как мы выбрали БНТ.

Обедали вместе с М. Ю. Он рассказывал о разговорах у касс метро, когда после праздников люди пришли и обнаружили, что билеты на метро стоят уже не 18 рублей, а 22. Потом пришли угольщики – арендаторы из особняка – и стали говорить о ценах, кризисе и инфляции. Потом разговор зашел о последней осетино-грузинской войне, и здесь мои очень осведомленные собеседники поведали мне много интересного. Об опоздании наших войск, потому что машины не были снабжены приборами ночного видения, или о том, что грузинами был сбит самолет стратегической авиации, которому вообще нечего было делать в этом районе. Самолет летел на высоте в восемь тысяч метров, на которой подобные самолеты не летают, и был использован как самолет-разведчик. Сбит он был украинскими ракетами. Но кроме того, было сбито еще три наших самолета и тоже украинским оружием.

Я обязательно использую эти все сведения в самом конце своего романа, когда снова соберу компанию властелинов в том же месте.

13 января, вторник.