— Нет, — сказал он, — лично я ничего не слышал. А давно это было?

— Я не спросил, — сказал Поддубнов. — Нам своих забот хватает. Да он особо и не приставал. Его больше наши гости интересовали. Но как узнал про СПИД, сразу отстал. Чай не допил, завел свою лохматку и погнал.

— Э, между прочим, а где они, твои гости? — сказал Доктор Керимов. — На что спорим, не приедут сегодня!

— А я говорю приедут, — заученно ответил Поддубнов, и Вадим Гранцов встал из-за стола, чтобы избежать роли арбитра.

Он закрылся в комнатке дежурного по станции и потянулся к компьютеру.

И тут он увидел, что из факса торчит бумажка.

Гранцов написал на обороте «Жди в понедельник», заправил бумажку и набрал номер.

Таким способом он поддерживал связь с братом, который остался на Большой Земле. Даже брату он не мог раскрыть секрет своего местонахождения, потому что при приеме на работу требовалось дать подписку о неразглашении. База все-таки оставалась секретным объектом, по крайней мере, для особистов.

Вольнонаемные, однако, имели право подрабатывать на стороне. Вадим Гранцов числился охранником в жилконторе, раз в трое суток ему приходилось ночевать в приемной, охраняя пару древних компьютеров и отвечая на идиотские звонки. Чаще всего на боевом посту его подменяли другие охранники, потому что в последнее время у Гранцова было слишком много дел в лесу.

Кроме Гранцова и Керимова, на базе подрабатывали банщиками еще двое гражданских. Они приезжали по четвергам, помогая обслуживать гостей в самое горячее время, и уезжали в воскресенье. Мужики они были надежные, но в прошлый четверг почему-то оба не появились. Хорошо еще, что гостей не было. Тем не менее, Поддубнов намеревался провести с мужиками воспитательную работу, как только они появятся. (Для воспитательных целей на базе имелся дровяной сарай с запасом дубовых поленьев, которые и предлагалось колоть воспитуемым.)