Одна из стайки кормящихся на помойке птичек заметила хищника и подала сигнал тревоги, привлекая к себе внимание ћсельского французского котаЋ. Она могла просто улететь прочь, не предостерегая остальных. Но при этом она рисковала оказаться предоставленной самой себе, а не быть частью относительно анонимной стайки.

- Если наблюдательная птица не должна расстраивать рядов, то что же ей следует делать? - подумал Самелин, полностью увлеченный событиями на помойке. - Быть может, она должна просто продолжать вести себя так, будто ничего не случилось, и полагаться на защиту, которую дает ей членство в стае? Но это тоже сопряжено с серьезным риском. Она остается при этом на виду и весьма уязвима. Гораздо безопаснее было бы оказаться на дереве.

И в самом деле, наилучшей стратегией было бы взлететь на дерево, но при условии, что все остальные непременно поступят так же. Раз воробьи предпочитают держаться стайками, то это, очевидно, дает им какое-то важное преимущество, иначе они бы этого не делали. Каким бы ни было это преимущество, воробей, покидающий стаю раньше других, лишается, по крайней мере, частично, этого преимущества.

Жизнь сама рождает множество причин, позволяющих считать, что расстройство рядов равносильно самоубийству. Даже если другие воробьи последуют за умником, первым покинувшим стайку, этим самым он временно расширит свою зону опасности. Таким образом, он не останется в одиночестве и не лишится преимуществ, которые предоставляет членство в стае, и даже получит выгоду, перелетев в более безопасное место.

- Первые зарегистрированные шартрезы появились благодаря сёстрам Леджер, начавшим разведение с местной колонии Шартрезов, на северо-западе Франции. Там эти кошки были известны под названием ћБольничные КотыЋ, поскольку они жили вокруг больницы, принадлежавшей церкви в городе Palais, - бабушка трещала не останавливаясь, по памяти пересказывая страницы справочника. - У вас хорошая память, - сделал ей комплимент Самелин.