– Мне кажется, бабуля порадовалась бы, что я купил эту тарелку. Если б я, к примеру, помер первым и бабуля на страховку купила что-нибудь для себя… я бы точно был доволен. А, парень? Верно ведь?

С трудом оторвав взгляд от портрета, я снова улыбнулся. Боюсь только, и на сей раз моя улыбка вышла не слишком уверенной. Внешность, конечно, обманчива… но сдается мне, бабуля была не из тех, кто мог бы «порадоваться» за мужа, коротающего остаток дней своих за разглядыванием голых дамочек на экране телевизора.

Короче говоря, с первых же минут нашего знакомства дедуля Терли продемонстрировал великолепный мотив для убийства. Но несмотря ни на что, его скорбь показалась мне искренней. С риском уронить себя в ваших глазах буду настаивать на том, что старикан ну никак не тянул на типичного убийцу. Если такое явление, как «типичный убийца», вообще существует в природе. Уж кому, как не мне, профессионалу, знать, что настоящие убийцы в девяноста девяти случаях из ста меньше всего похожи на злодеев.

Потрясение от неожиданного облика миссис Терли не помешало мне как следует рассмотреть дедулю. Ростом он был ненамного ниже меня – сантиметров на шесть-восемь, но уж больно щуплый, чуть ли не прозрачный. Несмотря на годы – думаю, он разменял восьмой десяток, – голову его украшала роскошная шевелюра. Правда, в отличие от знойной рыжины покойной бабули, серебристо-белая. Старикан то и дело запускал пятерню в волосы, стараясь пригладить их, но они упрямо торчали в разные стороны, а над ушами смешно топорщились, словно крылышки ангела или рожки сами знаете кого.

Старчески блеклые глаза, некогда бывшие, должно быть, густо-синего цвета, смотрели прямо в лицо собеседнику. Простодушные и честные. Так что если это мистер Терли расправился с бабулей ради спутниковой антенны, то в нем погиб гениальный актер.

Мне вспомнилась фраза Корделии насчет формальностей с выплатой страховки.