Что касается Александры Секки, то, по мысли комиссара, такая женщина могла прибегнуть и к насилию. Она давно и много страдала, а Кристен знал, на что способна людская душа, не находящая утешения в своих муках.

Кристен решил, что с утра справится со своим вторым «я» и займется делом без оглядки на свои моральные принципы. И с первыми лучами солнца комиссар стал другим человеком. Подгоняемый чувством долга, он решительно сел в машину и помчался в отель, где остановился Исмей. Портье сообщил, что мистер Исмей ненадолго уехал по делам и вернется вечером или на следующее утро. Отбыл он пару дней назад.

Первый блин вышел комом: Кристен даже не мог спросить, почему тот не сообщил брату Элмера Ханта о его смерти. Но насчет алиби на ночь гибели Нино ему следует подумать, чтобы избежать многих неприятных вопросов.

Еще до отъезда в отель Кристен сделал несколько телефонных запросов в Понтрезину и, надеясь, что результаты уже есть, поехал туда. Сандру долго искать не пришлось. Покинув крохотную деревушку над Мортерачи, она поселилась у своих родственников в долине. На вопрос, что она делала в роковую ночь, женщина ответила, что не помнит, так как в последнее время вообще не знает, что творится вокруг. Все происходящее кажется ей настолько нереальным, что она не верит даже тому, что с ним разговаривает. Пожалуй, её хозяева знают, где она была и что делал в ту ночь. Кажется, была наверху — пошла взглянуть, как сыновья управляются с хозяйством. К ночи спустилась вниз и, наверное, всю ночь спала…

Сразу после ухода Сандры пришел молодой помощник Кристена Хорнет. Он доложил результаты своей беседы с семейством Гриммих, родственниками Сандры Секки. В тот вечер Сандра вернулась в семь и до восьми молча сидела за столом. Потом впала в глубокую меланхолию и уснула в соседней комнате крепким сном, встав на следующее утро вместе со всеми в пять часов. Приходилось исключить её из числа подозреваемых.