Понурив голову, Кристен вернулся в Сент-Мориц и занялся почтой, которую получил ещё до отъезда в Понтрезину. Просмотрев её, отложил пару бумаг и убрал их в папку. Одну продолжал разглядывать. Это была выписка из формуляра, гласившая, что Энрико Амелотти имеет право хранить и носить при себе пистолет «беретта» калибра 7,65 для охраны личной безопасности. Оружие было официально зарегистрировано, сборы уплачены, и срок разрешения не истек — он всегда аккуратно продлевался. Короче говоря, могильщик Энрико Амелотти владел оружием на законных основаниях.

В хижине Амелотти останавливались туристы-иностранцы. большей частью итальянцы, все официально зарегистрированные, так что и по этой части могильщика не в чем было упрекнуть. Видимо, ту комнату, что так заинтриговала комиссара, Амелотти обставил именно для гостей, в чем не было ничего удивительного — большинство семей в этих краях принимали гостей и платили курортный сбор. А Амелотти оплачивал все до сантима. Ломать голову над списком его постояльцев Кристен счел излишним, но все же достал список из папки и взглянул на столбцы имен. Люди разных профессий: официант, банковский служащий, коммерсант, чиновник, служащий похоронного бюро, студент коммерческого училища, студент-медик… Кстати, этот медик и мог оставить там шприц. Во всяком случае, Амелотти стоит порасспросить, и будет только лучше, если он сумеет дать удовлетворительный ответ.

Доставить Амелотти к комиссару в кабинет проблемы не составило. Он как раз был в мэрии по поводу налоговой декларации и без возражений отправился к Кристену, перед которым и предстал с привычной покорностью.

— Послушайте, Амелотти, — начал Кристен, — мы с вами позапрошлой ночью встретились на краю ледника. Вы мне сказали, что видели дьявола Молчащих скал, принявшего облик молодого человека. Этим молодым человеком, видимо, был Нино Секки. Вам известно, что Нино Секки в ту ночь был убит?