Теодор Кристен был старшим полицейским офицером в округе и подчинялся местному мэру; судья же Бюрген был под началом кантонального суда в Цюрихе. В тот день, когда Кристен отправился за гипсовой отливкой фигурки, судья получил большой пакет со штемпелем «Цюрих». Подобные пакеты приходили всегда в третий день месяца, а этот, пришедший в неурочное время, Бюрген вскрывать не спешил. Послание из кантонального суда, появлявшееся не в установленные дни, не сулило ничего хорошего. Наверняка так было и теперь. Но на сей раз он ошибся. В пакете были вырезки из газет, посвященные расследованию, которое проводил Кристен. Записка от приятеля Бюргена сообщала, что руководство кантональной полиции внимательно следит за развитием загадочных событий в Энгадине и особо отмечает статью из газеты, выходящей в Сент — Морице на английском языке. Несчастье с Элмером Хантом должно быть раскрыто в кратчайший срок. "Так что эту записку, уважаемый дружище Бюрген, считай дружеским предупреждением, пока не последовало официального вмешательства начальства".

Бюрген целый день носил послание с собой, потом решил, что поговорит с Кристеном. Он застал комиссара дома, в состоянии полной прострации. Да и жилище его выглядело неважно: мятая скатерть сползла со стола, на ней стояли грязные блюдца с красками, перевернутая банка с водой образовала лужу на ковре. В кресле валялся пиджак Кристена с приклеившимся к рукаву тюбиком. На другом кресле, придвинутом к дивану, стояла фигурка какого-то злодея из кукольного театра.

Кристен пристально вглядывался в нее, но когда вошел Бюрген, стремительно вскочил ему навстречу.