Руководящему составу были предоставлены отдельные трехкомнатные квартиры. Среднему звену - всевозможным заместителям и старшим научным сотрудникам - выделили жилплощадь поменьше. Молодежь: младших научных сотрудников - "эмэнэсов" и им равных, вселили по две семьи в двухкомнатные квартиры и, записав на очередь, пообещали улучшить положение. Солдат поместили в совpеменной казарме, обоpудованной по последнему слову строительной науки - с типовой спальней на семьдесят коек, умывальником с ледяной водой и туалетом на двенадцать очков.

Начальником НИИ назначили известного токсиколога доктора наук Андрея Васильевича Сазонова: к тому времени Мазанов просто ещё не успел защитить диссертацию.

За год институт был укомплектован. Ехали сюда охотно: из-за жилья, которое предоставлялось немедленно, ради науки или служебного повышения, а многим просто надоели прежние начальники.

* * *

Прапорщик Виталий Борисович Дронин встал в шесть утра, выпил стакан портвейна, пробормотав: "как-никак выходной", и отправился на дачу Барабанова. Идти предстояло недалеко, но он торопился и завтракать не стал. На всякий случай отрезал кусок колбасы с хлебом, завернул в газету и сунул в карман. В спящем поселке кричали петухи. Смотри-ка, поют, неужели их ещё не сожрали, подумал Дронин.

В одинаковых щитовых домах, окруженных огородами, обитал персонал расположенного рядом учебного полигона. Дронин миновал окраину и пошел березовой рощей. Он был почти двухметрового роста, но гвардейский вид несколько портили большой живот и оплывшее лицо с плутоватыми глазами. Крупная фигура в сапогах, и десантном костюме выглядела по-боевому внушительно, будто шел он не к отопительному котлу на даче шефа, а по меньшей мере в разведку.