– Сергеевых, – хрипловатым голосом переспросил мужик.

– Ага, Сергеевых.

Посредством мучительных рассуждений, занявших добрых полминуты, он понял, что от него требуется, и проговорил:

– Каких Сергеевых?

Мамедова охватила досада. Он сделал было движение, показавшее Антонову, что Алискер собирается ехать дальше. Николай жестом остановил его. Он был лучше знаком со спецификой деревенской жизни и догадался, что имел ввиду мужичонка.

– Тех, у кого дочка Света в Тарасове живет, – объяснил он.

– А-а-а! Так бы сразу и сказали, а то у нас этих Сергеевых, что собак нерезанных. У меня, у самого тетка Сергеева, и вся ее семья…

– Это понятно, мужик, – перебил его Коля, – ты нам о других Сергеевых скажи.

– Эти в Мышиновке живут, – проговорил мужик, поскребывая макушку.

– Где?! – переспросил Мамедов, решив, что ему изменил слух.

– В Мышиновке, говорю, – мужик повысил голос и наклонился к самому окну, – эта как раз за Погановкой.

– Час от часу не легче, – Алискер, обреченно махнув рукой, привалился к сиденью, предоставив Николаю вести переговоры с туземцем самостоятельно.

Несмотря на все таланты Антонова, даже ему удалось выяснить место жительства семьи Сергеевых только через минут десять-пятнадцать. Мамедову только оставалось удивляться терпению и дипломатичности своего коллеги. Сам он уже давно с трудом сдерживался, чтобы не послать мужика ко всем чертям. Наконец, они тронулись в путь.

– Уже с утра народ пьяный, – возмущался Мамедов.

– Не пьяный, а с похмелья, – с умным видом поправил его Николай, – это разные вещи.

– Ну, такому специалисту, как ты, конечно, виднее, – ухмыльнулся Алискер.

– Тебе бы все подкалывать, – Антонов даже насупился, – а я просто в жизни разбираюсь получше, чем ты.