Лицо Росса окаменело, он почему-то почувствовал себя дискомфортно, словно он очутился совершенно голым на губернаторском балу. "Простейший вроде бы вопрос, а у меня такая реакция," - недоуменно подумал он. И, чтобы выиграть время, спросил в свою очередь:

- Все зависит от того, что вы понимаете под словом "счастье", не так ли?

- Не хитрите, мистер Росс, - она прошептала лукаво, едва не касаясь губами его уха. - Счастье есть счастье и в устье Амазонки, и в песках Сахары, и во льдах Гренландии.

- Очень разное счастье, - возразил он. - В хижине и во дворце, у молодого и у старого, у мужчины и у женщины.

- О-ля-ля! Да вы ещё и мужской шовинистический свинтус! - воскликнула она, несколько отстраняясь, с деланным возмущением. - И все-таки?

- Карл Маркс - помните такого? - отвечая на подобный вопрос, кратко ответил: "Борьба". Я отвечу тоже кратко, но иначе - "Победа".

- Любая? Даже пиррова ?

- Мне думается, римляне, потерпев поражение от царя Эпира и желая во что бы то ни стало приуменьшить свой позор, придумали и запустили в обиход клише, которому придали уничижительный смысл. К слову сказать, Пирр громил войска Рима не единожды: и при Гераклее, и при Аускулуме...

Потом они долго шли по пустынным улицам ночного города. Сальме увлеченно рассказывала о последней поездке по Австралии и Новой Зеландии.

- И разделяет их всего лишь Тасманово море. А какие они разные, как непохожи! И флора, и фауна, и положение аборигенов - все другое. Австралия - огромный тигель, в котором явно выплавляется новая нация. Новая Зеландия - царство полусонное, жизнь размеренна и лениво-спокойна. Британия Южных морей, ещё более консервативная и чопорная, чем сама островная метрополия. Австралийские аборигены, несчастные пасынки цивилизации, по всем меркам живут в каменном веке. И это в ХХ столетии, на самом его исходе. Маорийцы, сохраняя и быт, и язык, и культуру, достойны и симпатии, и уважения. Людоеды в недавнем прошлом? А разве наши предки в не таком далеком прошлом не кушали друг друга?