Местность была приметная красиво, одним словом, внизу, в ложбиночке стояли две карликовые елочки, лапы их были еще покрыты снегом, ничего, отойдут от снега, будешь глядеть на зеленое деревце и наслаждаться. Метляев все такой же праздничный и нахальный, прийдя поглядеть на Сашкину работу, сказал со значением:

- Живописный ландшафт. - И после молчания спросил: - Как думаешь, когда мы двинем к этой лагуне?

- Ты что имеешь в виду?

- Ну к месту, где заготавливать дровишки... Лагуна ведь залив, старательно стал пояснять. - А нам бы тоже в прибрежье где-нибудь. Чтобы далеко не таскать потом к воде.

- Ты моряк, что ли?

- Какой тебе еще моряк! Просто изучаю...

- А-а! - весело ответил Сашка. - Вам-то видней. - Он выдавливал ямку в мерзлой земле, чтобы пока вчерне попробовать приладить самую толстую жердь. - В прошлом году-то вы, говорят, после осеннего ледохода только и управились ехать.

- Пропьянствовали, упустили деньгу.

- Смотрю, и в этот раз не свежие ходят.

- Лежмя лежать надоело. Ты бы спросил Клавку.

- А что Клавка, знает, что ли?

- Она все тут знает. - Метляев помолчал. - Баба, конешно, лапочка. Такую бы одну лапочку с собой в эту лагуну. - Метляев захихикал.

- Что, со своей-то живешь, видать, не больно?

- Как тебе сказать? - Метляев стал впервые доверчивым и простым. Я... В общем дело тут деликатное... Ты севера еще толком не раскусил... Поживешь - посмотришь. Что же, так вот все просто? Надо здесь побыть не даром, а, как говорят, за деньги. Все понюхать самому, все испытать!

- Значит, не шибко? - опять засмеялся Сашка, он уже вдолбал ножку скамейки в мерзлую, посиневшую на солнце землю.