Что касается Люды и Лены, то со мной ни та, ни другая не разговаривали почти два месяца – аж до конца учебного года. А через пару лет, после восьмого класса, Нечайкина и вовсе ушла от нас в специализированную физико-математическую школу, и я о ней с тех пор больше ничего не слышал.

И тут вдруг.

– Извини, Пашенька, я не буду тратить время на ритуальные фразы. – В голосе женщины, кроме обычного радостного возбуждения, сопровождающего разговор старых знакомых, давно не видевших друг друга, слышатся еще и тревожные нотки. – Мне Лена твой телефон дала. Кстати, просила заодно поинтересоваться, куда ты пропал и почему ей не звонишь.

Вот это номер! То она ни с того ни с сего заявляет: «Извини, но нам не надо больше встречаться…», а то вдруг интересуется, почему я ей не звоню. Причем через подругу. А сама что – телефоном пользоваться разучилась? И вообще: какие могут быть выяснения отношений, если один из нас двоих – замужем? Кто именно, подсказывать не буду – пусть читатель попробует догадаться самостоятельно.

– Служба, Люд. – Я уже замечал как-то, что есть такое понятие: ложь во экономию времени. – Ты-то как, какими судьбами?

– Видишь ли, мне бы хотелось с тобой переговорить. Ты ведь в милиции работаешь, следователем?

– В ней, родимой, но не следователем. Опер я.

– Опер? А это как?

– Как в гареме. Знаешь, что когда-нибудь тебя… э-э-э. вызовут, но не знаешь, когда именно, а посему находишься в постоянном ожидании. Долго объяснять.

– А в каком отделении?

– Не в отделении. РУОП – слышала такую аббревиатуру?