У них была записка, написанная Хенком, и они сличили почерки. Для неспециалиста оба были совершенно одинаковы.

– Потрясно, – одобрил Рик.

Херман даже немного возгордился. Ведь Рик, который блистал во всем, порой придумывал самые немыслимые авантюры, теперь нуждался в нем.

Он перевел разговор на другую тему.

– Мой племянник Ян нашел на прошлой неделе щенка овчарки. Песик сам увязался за ним. Мы дали в газету объявление, но хозяин не откликнулся. Верно, какой-нибудь прощелыга захотел избавиться от собаки и, уезжая в отпуск, по дороге выкинул ее из машины. Таких негодяев самих следует вытряхивать из машин, лучше всего в Сахаре, где ни бог, ни черт им не помогут. А то ведь даже если этого фрукта найдут, он отделается десятью гульденами штрафа и…

Херман редко раздражался, но, когда плохо обращались с животными, выходил из себя.

– Мне очень хочется оставить щенка у нас, – вздохнул он. – Только не знаю, как на это посмотрит тетя.

– Следовало бы сперва закоптить старушенцию, а потом заспиртовать, вот бы ты получил массу удовольствия, – весело посоветовал Рик.

Херман был несколько шокирован. Впрочем, его упрямая, сверхсамоуверенная тетушка Миа, возможно, и заслуживала такого наказания.

Рик задумчиво посмотрел в окно. Солнце уже скрылось за деревьями, и в доме Хермана, как и повсюду на Парклаан, царила глубокая тишина. Таинственные сумерки начали укутывать низкие кустарники в саду, и только розы белели в полумраке.

Юноши помолчали. Оба никак не могли сосредоточиться на уроках.

– Ты уверен, что она придет? – спросил вдруг Херман.

– Абсолютно.

– Они знают, что ты их видел? Ну, после вечеринки в прошлую субботу.

– Да ты что! Я ловко спрятался, когда за ними подглядывал.

– Voyeur,

Рик одобрительно улыбнулся. Захлопнул учебник и папку с тетрадями. Положил записку в карман.

– Смываюсь. Хочу разведать местность вокруг Заячьего пруда. Поехали вместе?