Недовольные оказались во всех слоях общества. Крестьяне радовались возможности разделить помещичьи земли, но, строго говоря, этому они были обязаны не столько большевикам, сколь-

ко всем социалистическим партиям, и прежде всего эсерам, чью программу ликвидации помещичьего землевладения выполняли большевики. Если эсеры стремились закрепить крестьянское право на землю авторитетом закона, принятого Учредительным собранием, то большевики увязали право на землю с произволом своей власти. Сегодня дали, завтра отняли. Это создавало обстановку неуверенности. Еще не забыты были старые обиды, когда красные тысячами расстреливали крестьян. Да и новые представители власти на селе множили эти обиды, творя произвол, не уважая общинные традиции.

Недовольство бродило и по рабочим цехам. Слишком велики были обещания рабочему классу, чтобы оказаться выполненными. Вусловиях разрухи положение рабочих первоначально было вдвое- впятеро хуже, чем до Первой мировой войны и революции. Росла безработица. Недовольство рабочих было особенно опасным, потому что именно оно было способно поколебать стабильность власти в столицах. Ведь именно голодные рабочие явились детонатором революционного взрыва, разрушившего Российскую империю в 1917 году.

Недовольна была и интеллигенция. Отсутствие политических свобод ограничивало ее право мыслить и обмениваться взглядами, что для интеллигенции является необходимым способом существования. Интеллигенция, не выбившаяся в начальство или в ряды привилегированных деятелей науки и культуры, была низведена до положения «спецов». «Спец»- представитель буржуазного класса, которого терпят и привлекают к работе из-за его знаний, но которому не доверяют, которого не допускают к реальному принятию решений. Решения принимает менее компетентный и, как правило, некультурный руководитель, зато с партийным билетом. Это унизительное положение интеллигенции ограничивало не только ее собственные права, но и способность власти принимать компетентные решения. При этом недовольство интеллигенции тоже было крайне опасно для режима, ибо она поставляла пропагандистов, способных изменить мнение целых классов.