V, взбешенный словами Оливареса, готов был лишить его жизни, не считаясь с

международным правом и прерогативами посла. 25 августа 1592 года грозный

первосвятитель скончался, что породило сильные подозрения в отношении

Филиппа; утверждали, что он поручил кому-то дать папе медленно действующий

яд, сокративший его жизнь. Неужели мы поверим, что это делалось для вящей

славы Божией и для блага человечества? Тогда-то испанская инквизиция по

получении свидетельских показаний, установивших, что непогрешимый оракул

веры в действительности является преступным пособником еретиков, осудила

Библию Сикста подобно тому, как она осудила Библии Кассиодора де Рейна и

некоторых других. Я не буду останавливаться на вопросе о том, был ли Сикст V

более достоин такого обхождения за издание перевода Библии, чем за другие

поступки; отсылаю к истории этого папы и к тому, что о нем говорит Григорий

Лети в Жизни Филиппа II.

II. Не стану также повторять басню об епитимье, наложенной на Филиппа

III за то, что он проявил жалость к одному осужденному во время аутодафе. Я

слишком осторожен, чтобы принимать на веру рассказы, выдуманные некоторыми

путешественниками, и анекдоты, которые они опубликовали, чтобы потешить

читателей.

III. Не таково предварительное следствие, начатое против дона Хуана

Австрийского [35], побочного сына Филиппа IV и брата Карла II, отложенное по

приказу короля. Дон Хуан имел смертельного врага в лице Иоганна Эбергарда

Нитгарда [36], иезуита, главного инквизитора и духовника королевы-матери.

Интриги этого священника оказались действенными и нашлись подлые люди,

постаравшиеся в ноябре 1668 года угодить ему доносом на брата короля как на

подозреваемого в лютеранстве, врага духовного сословия и духовных

учреждений, в особенности иезуитов. Следствие вызвало лишь общие смутные