— Ну и что? — возразила она. — Он же мужчина. — Видимо, в ее глазах это было достаточным основанием.

Я взял Элен за руку и притянул ее к себе.

— Послушайте, солнышко, — сказал я. — Надеюсь, вы не из тех кровожадных созданий, которым нравится, когда мужчины из-за них устраивают гладиаторские бои.

Она встряхнула своей серебристой головкой.

— Нет, совершенно определенно, нет. — Подавшись всем корпусом вперед, она коснулась моего правого уха. — А что, вы его боитесь?

Я снова взглянул на Кинга и ответил:

— Совсем чуть-чуть.

Я встречал его несколько раз в городе, но мы не были знакомы, и видел один из его фильмов, в котором он убивал крокодилов, подвешивая их за хвосты или что-то в этом роде. Его угрюмая, свирепая физиономия была по-своему красива, и еще он был отвратительно чванлив. В нем было шесть футов сплошных мускулов. И он был явно не прочь поиграть ими. Вот и все, что я знал о нем, помимо полученной от Элен информации о судебном процессе из-за детей. Мне всегда казалось, что его дети должны обитать в зоопарке, но, видимо, они были вполне человеческими существами. И он, стало быть, не хотел отдавать их жене.

Элен наконец отпустила мое ухо.

— А вы не похожи на человека, которого легко напугать.

Я ухмыльнулся.

— Думайте что хотите. Но если ему захочется поглумиться надо мной, я спущу с него шкуру.

Она залилась смехом в ответ на мое хвастовство, а я допил свой коктейль и сказал:

— Я, кажется, недобираю по части выпивки. Когда начался этот бал?

— Примерно в два. Так что вы не так уж и отстали.

— Я, конечно, наверстаю, но не странно ли устраивать роскошную пирушку до завершения съемок?

— Да. Но поэтому-то мы и начали так рано. Чтобы пораньше разойтись по домам и завтра снова за работу. В отличие от студий «МГМ» или «XX век», у нас меньше формальностей. Мы собирались здесь и в четверг вечером, но тогда это была сугубо деловая встреча.