3 июля — Б.Плавшич объявила о роспуске парламента.

8-9 июля — На саммите в Мадриде решено начать официальные переговоры о вступлении в НАТО с Польшей, Венгрией и Чехией.

10 июля — Британскими спецчастями проведена операции “Танго” по задержанию боснийских сербов, числившихся в “закрытых списках” Международного трибунала. Бывший шеф полиции Приедора С.Дрляч убит, М.Ковачевич арестован.

15 июля — Союзная Скупщина (парламент) СРЮ избрала С.Милошевича президентом Югославии.

31 июля — Представитель Сербской Республики в президиуме Боснии М.Краишник предложил следователям международного трибунала в Гааге допросить Р.Караджича в его резиденции в Пале. Ранее сербские лидеры не признавали даже правомочности трибунала.

Трагические события, разворачивающиеся летом 1997 года на территории бывшей Югославии и невольно адресующие нас к лету 1914-го, трудно рассматривать в отрыве от проблемы расширения НАТО — этого, по словам Клинтона, “гигантского шага” на пути к “новой Европе и в новый век”.

За неделю до открытия “исторической” мадридской встречи глав государств и правительств стран НАТО, Р.Хантер, постоянный представитель США в Совете НАТО, подвел итоги деятельности альянса за период с 1993 года. Из слов Хантера явствовало, что НАТО “отлично” реализовала цели, поставленные на брюссельском саммите в 1993 году: сумела вписаться в новую, сложившуюся после окончания “холодной войны”, мировую ситуацию. В числе главных заслуг НАТО, конечно же, была названа миротворческая операция в Боснии, остановившая кровопролитный конфликт.

Победное воплощение дейтонской модели призвано было положить конец незатихающим спорам о том, исчерпала ли НАТО свое предназначение после развала СССР? В преддверии натовского саммита напряжение в Вашингтоне нарастало. Предстояло дать решительный бой “зарвавшимся” европейским “южанам” во главе с Францией, настаивающим на “европеизации” блока и пытающимся включить в число новых членов альянса (помимо одобренной США “тройки” — Польши, Чехии и Венгрии) Словению и Румынию. Для усмирения недовольных и навязывания им своего видения новой системы европейской безопасности необходим был крупный успех. Однако “Дейтон”, главный американский козырь, формула нового миропорядка, явно пробуксовывал.