А вот Ельцин в Германии: ”Во время обеда он выпил много сухого красного вина… а солнце усилило действие напитка. Президент резвился: гоготал сочным баритоном, раскованно жестикулировал и нес откровенную ахинею. Я сидел напротив и готов был провалиться сквозь землю от стыда”. Далее Б. Н. по пьянке окатил себя кофе, порывался на улице пообщаться с представителями фашистской партии, разодрал своему охраннику галстук и, наконец, выхватив палочку у дирижера оркестра полиции Берлина, начал беситься у пульта. Потом вопил куплеты из “Калинки-малинки”. Еще хорошо — не оказалось у него под рукой ложек. А когда они были, Ельцину ничего не стоило отыграть плясовую на головах у сопровождавших его чиновников. Больше того, Коржаков утверждает, что однажды Б. Н. сумел отоварить ложками по башке и президента Киргизии Акаева…

О том, что по пьянке всенародный любит публично помочиться, пресса поведала нам давно, рассказав, как Б. Н. пометил колесо самолета в международном аэропорту. Теперь Коржаков развил тему, расказав, как президент обсюкался во время перелета Нью-Йорк — Шеннон. Но это не страшно: президентские доктора всегда готовы выдать идиотский диагноз: “либо сильный сердечный приступ, либо микроинсульт”.

Еще один скотский эпизод: под Астраханью во время рыбной ловли, напившись водки и сожрав “горки черной икры”, Ельцин и его сопровождающие сели в вертолет. Там, в тесном кругу, в салоне Б. Н. “бухнул ее /ногу — авт./ прямо в ботинке на стол”. А потом “заорал: “Адъютант!!!” Полковник Кузнецов с пылающим… лицом снял с шефа испачканную обувь, ее тут же… перехватил подоспевший официант Сергей”…

Ну, и наконец, хотелось бы, чтобы вся страна узнала о том, как президент гулял на Енисее.