Медведев целенаправленно в своих публичных, а видимо, и непубличных заявлениях ниспровергал "национальный экономический эгоизм", что, по замыслу, должно было говорить о готовности Кремля "помочь спасению Уолл-Стрита и мировой гегемонии доллара" за счет внутренних потребностей и внутренних потребителей, будь они рядовыми потребителями или производителями разных уровней. Эта готовность на практике предварительно подтверждалась действиями вице-премьера Кудрина, который в очередной раз загонял в США миллиарды, полученные российским бюджетом от экспорта национальных ресурсов, равно как и подъемом цен, которые осуществлялись олигархами от газа и нефти на уровень цен выше американского по электроэнергии, бензину и прочим мелочам вроде отопления домов.

Но, так или иначе, высказывания Дмитрия Анатольевича на Хоккайдо явно выходили за рамки высшего уровня политкорректности. То есть он попросту эпатировал своих собеседников, при этом сохраняя прежний просительный тон о включении России в новую схему в качестве младшего партнера.

Разумеется, ответом "семерки" было коллективное игнорирование медведевских инициатив, а на деле — молчаливое указание "не лезть со свиным рылом в калашный ряд". В "вашингтонском обкоме", не говоря уже о более высоких инстанциях мировой политики, которая и стоит над "президентами и премьерами", поведение нового российского президента в лучшем случае могли списать на неопытность, в худшем — на сознательное издевательство. Тем более, что именно в эти дни почему-то вдруг проснулся бог весть сколько лет пребывавший в летаргическом сне Тихоокеанский флот РФ и начал проводить военные маневры недалеко от японских берегов.