Соединить распавшиеся эпохи. Восстановить невидимый волновод, по которому историческая энергия из глубокой древности польется в нынешний день, омывая чахлое государство… /…/ Чтобы распад не случился, он хотел подключить животворный поток русской истории к дистрофичному государству, напитать его волшебным смыслом". Читая "Холм", понимаешь, что автор, не стесняясь пафоса и поэтических гипербол, постарался вложить, вогнать, втиснуть в границы своей суверенной, мифической Псковщины если не пол-России географической, то уж точно всю Россию — историческую. Когда фантастическое "роуд-муви" близится к своему финалу, за книжным обрезом "Холма" начинается совсем другое действо. Старенькая "Волга" глохнет там, где сшибались тевтонцы и русские. Согласно авторской мысли, отныне сшибаться тут будут мировое Зло и Божественное Добро.

Роман-апокриф под названием "Холм" исполнил и еще одну свою прямую функцию: создать, актуализировать — хотя бы в обозримом будущем — ту отвергнутую, неканоническую, альтернативную историю, внутри "аэродинамической трубы", которой и России уготовано ее надлежащее и непреложное место. Роман — пытливый и достоверный комментарий к тому посланию, что доступно лишь сердцу духовно страдающего и по-настоящему любящего человека.

«МЫ ШТУРМОВАЛИ ГОРИ» Рассказ командира 104-го десантно-штурмового полка Геннадия Владимировича Анашкина

8-го, около трех часов ночи меня вызвал мой командир дивизии и дал команду прибыть для получения боевой задачи. Я дал команду дежурному по полку на подъем полка. В три часа я был у командира и получил задание на формирование батальонно-тактической группы, которая должна была убыть на Кавказ.