За последний год у нее появились друзья по работе в газете, это верно, но окружающий ее уродливый мир был нов для нее. Она очень хотела принадлежать четвертому сословию, но подозревала, что сослуживцы не воспринимают ее всерьез. Не было ни одного, кто был бы ей по-настоящему близок.

Внезапное появление Дэрка Гогенфильда было подобно ракете, пронесшейся на фоне мрачного горизонта, Как и ракета, он скоро должен был исчезнуть из поля зрения, но на короткое мгновение она была рада его присутствию и даже его связи с теми краями, которые она никогда не смогла бы забыть.

До нее доходило, что день тянется медленно и что она поглощена собственными мыслями и не может избавиться от них. Затем она остановилась возле бакалейного магазина, чтобы сделать покупки и вернуться домой, в маленькую квартиру на Ближней Северной Стороне, которую она когда-то делила со своей матерью. В крошечной кухне она принялась за работу, чувствуя себя такой счастливой, какой не была уже давно.

Теперь она без помех могла думать о человеке, который придет сюда вечером. Она не знала всех обстоятельств, но она знала, что ее отец взял над ним опеку, когда родители Дэрка умерли. Видимо, Дэрк сохранил с ним близкие отношения, когда стал взрослым.

Пока кастрюля с фигурно нарезанным картофелем стояла в печи, зеленый салат охлаждался в холодильнике, мясо готовилось для жарения, она забрела в столовую и огляделась с чувством досады.

Ей хотелось бы, чтобы Дэрк увидел ее такой, какая она есть» но пастельные тона комнаты, которая была так изящно обставлена ее матерью, совсем не соответствовали ее натуре. Она ничего не изменила здесь после смерти матери. Она уныло сморщила нос, глядя на скатерть с. розами, которую она постелила на стол с раздвижными ножками у окна, и на розовые свечи в китайских подсвечниках, украшенных бутонами роз. Увы, эти вещи принадлежали Кларе — не Сюзанне, и она могла только надеяться, что Дэрк это поймет.