– А труп я опознаю!

– Какой труп?

– Да соседки сверху! Я ж её хорошо помню, только имени не знаю. Видная такая! Фу-ты-ну-ты, ноги гнуты!

– Жива она, – ответил Леня. – Где-то пропадает по своим делам.

Старикашка коварно захихикал, шавка его вновь залаяла, Леня двинулся на выход, а изобретатель «двойного» алкогольного удара по мозгам прокричал вслед.

– Ежели потребуюсь, так зови, не стесняйся! Коверкотов я. Коверкотов Василь Иванович. Ты ведь из милиции, хитрован, да?! Я зараз учуял!

– Точно, дед.

Леня спутился во двор, в душе добродушно посмеиваясь: смешной этот старик Коверкотов, даже жаль, что больше не придется увидется.

...Леня и не предполагал, что ошибается по обеим своимм позициям «Дед Куверкот», как его звали в округе, во-первых, был далеко как не смешон, а коварен и мудр, «аки змий». Во-вторых, свидеться Лене с Коверкотовым пришлось в самые ближайшие дни, если не сказать часы.

Но и не в том дело. Визит Лени к Василию Ивановичу Коверкотову не остался без последствий. Через десяток минут в двери Коверкотова позвонили условным звонком: два коротких, три длинных. Это означало, что пришел проверенный покупатель сомогонки – Коверкотов обеспечивал своей, «двойной» продукцией только очень узкий круг друзей.

Он открыл дверь, собачонка его яростно затявкала и ничего сообразить не успев, старик получил мощный тычок в грудь, от которого, не касаясь ногами коврика на полу, – вылетел прямо на кухню, где и пал задом оземь возле газовой плиты. Плохо что соображая, он увидел, как двое рослых парней, прилично одетые, при галстуках, по хозяйски входят на кухню и старший из них, лет тридцати с небольшим, уже садится на табурет.

– Берите всё, парни! – быстро предложил Коверкотов. – Утром «свежак» выгнал! В холодильники две банки стоят. Берите, я ж понимаю, когда у человека «трубы горят».

Алкаши грабили Коверкотова не впервой, он не испугался очередного налета, но обидно было, что вместо тактичного разбойничьего разговора эти парни (приличные с виду!) разом применили к нему меры убеждения в грубой манере.