Собачонка Коверкотова продолжала лаять, просто сатанел полу-пудель Принц при виде таких бесцеремонных гостей.

– Заткни пасть своей шавке. – ровно сказал Коверкотову тот, кто уже сидел на табуретке и оказалось, что один глаз у него почти полностью закрыт, лишь щелочка виднелась, но второй был обычный, ясный, большой и блестящий. Некоторая одноглазость Коверкотова опять же не испугала и он сказал независимо.

– Мой Принц только на плохих людей лает!

То, что произошло в следующий миг, повергло Коверкотова в трепет равный оглушению – Одноглазый едва привстал с табурета, протянул длинную левую руку, ухватил Принца за шкирку, приподнял, а правой рукой схватил пуделя за уши. И в один резкий поворот свернул собачонке шею – только позвонки хрустнули! Принц осекся посреди лая, но смерти своей понять не успел, даже боли ощутить тоже не успел. Мохнатой тряпкой пудель полетел в раковину и, натурально, более никаких признаков жизни не подавал.

Зато у Коверкотова перехватил сознание, он ничего не понимал и испугался ни от факта чудовищной смерти Принца, а то что в этот миг у Одноглазого стал медленно, подергиваясь в тике, открываться второй глаз! И теперь он насмешливо смотрел на Коверкотова обеими очами, в которых была такая дремучесть, что несчастный старик тут же пришел к выводу – смерть неминуема!

– Понял с кем дело имеешь? – вежливо спросил Одноглазый, причем его больной правый глаз вновь потух и закрылся в шелочку.

Коверкотов открыл рот, но из глотки выдавился лишь легкий хрип.

– Вижу, папаша, что понял. Мерзкое пойло твое нам не нужно, надеемся околеть без твоей помощи. Отвечай четко. Кто у тебя был десять минут назад?

– Водопроводчик. Но он не водопроводчик. – поспешно ответил Коверкотов.

– А кто он, если не водопроводчик? Милиционер?

– Н-ну, как сказать? – принялся было набивать себе цену Коверкотов, но тут второй гость без всяких предисловий ударил его сзади кулаком по шее и пригрозил.