Среди них в гуще зрителей западной трибуны решительно ничем не выделялись трое молодых мужчин в свободной летней одежде -- спортивных рубашках, черных майках и длинных широких шортах по моде сезона. Расположившись в рядах по другую сторону арены, прямо напротив трибуны, где сидели Пастух, Док и Артист, двое из них молча отслеживали каждое движение объектов наблюдения в мощную дальнобойную оптику. Дистанция была немалая -свыше двухсот метров. Но через линзы мощных приборов лица Пастуха и его друзей, казалось, были совсем рядом. А третий, чуть прикрыв глаза, отрешенно-сосредоточенно вслушивался в то, что звучало в обычных с виду наушниках от карманного плеера.

-- Вижу всех... Все в сборе... Кроме шестого, -- переведя какой-то черный рычажок на своей зрительной трубе, едва слышно пробормотал один из наблюдателей и коснулся серебряной "сережки" в мочке уха. -- Звук в порядке. Принимаем отлично. Наши действия?

-- Можете приступать, -- отозвалась "сережка".

-- Дополнительные указания?

-- Проводим основной вариант.

-- Подтвердите -- работаем вариант "А"?

-- Подтверждаю...

Облачившись в белоснежный спортивный костюм призера, окруженный десятками людей с видеокамерами и фотоаппаратами, Боцман смущенно поднялся на пьедестал.

Замелькали вспышки, заиграла музыка. Он растерянно принял из рук двух длинноногих блондинок в супермини ключи от своего "форда" и уселся за руль. Завел мотор и тронулся вперед, чтобы описать вдоль трибун круг победителя.

-- Может, пойдем отсюда, а? -- оторвавшись от окуляров бинокля, обернулся к Ивану Артист.

-- Да нет уж, дождемся... триумфатора, -- возразил Док.

-- Вон Муха, -- сказал Пастух.

И точно, маленький стройный Мухин устало карабкался по разбитым ступенькам, забираясь все выше от яруса к ярусу -- туда, где сидели его друзья. Добрался наконец, перевел дух.