Музыка была стройной и соразмерной. Но — the times — they are changing. На наших глазах произошел разрыв. Отцы живут в одном времени, дети в другом. Среда меняется на глазах, и подобно скульптору, ежеминутно меняющему свои намерения, формирует уродов — из тех, кто поддается. Но чтобы изуродовать человека окончательно, нужно время, одним — большее, другим — меньшее.

Над Джоном, Джорджем, Полем и Ринго среда не успела поработать. Их песни были вне традиций и они были понятны тем, кто не был задавлен общепринятыми представлениями до полной "потери воспринимать то, что в них не укладывается".

Для тех, кто пел, и для тех, кто слушал, музыка стала защитой от среды. И тех и других становилось всё больше. Рок стал не просто музыкой, а образом жизни. Родилась молодежная субкультура, в крайних своих проявлениях переходящая в контркультуру. За десять лет у отрицающего традиции рока появились свои традиции. Из убежища от среды рок сам стал средой со всеми вытекающими отсюда последствиями. И оказалось, что способ избежать давления среды сам может оказать давление и лепить уродов, если, врубаясь, не быть последовательным и не оказывать сопротивления этому давлению. Джон Леннон был, возможно, первым, кто заметил опасность оказаться в зависимости от способа достижения независимости, во всяком случае, он был первым, кто об этом сказал:

И пусть кто-нибудь попробует сказать, что Джон Леннон не врубается. 

БИТЛЗ-сейшены

А.Т.

Идея проведения праздника музыки БИТЛЗ, некоторым образом, носилась в воздухе. Носителями этой идеи, как и всегда, были некоторые люди. В этом случае даже — немногие из немногих. Знаменитый энтузиаст Н.Васин, услышав об этой идее, усмехнулся: "Чьё это предложение? Гребенщикова? Вот чудак!" (Все, я думаю, знают, что теперь ситуация переменилась).