— Откуда вы это могли знать?

— От верблюда, — не совсем удачно ответила Галина. — Наверное, мы ее все-таки навещали. Или тебе это кажется странным?

— По моим данным, последний раз вы были у нее год назад.

— Хреновые у тебя данные. А между тем, по крайней мере раз в две недели, Танька или я к ней наведывались. Привозили продукты, убирались в квартире.

— А мне казалось, этим занималась патронажная сестра.

— Надька-то? Сучонка дрянная, да на нее где сядешь, там и слезешь. Она должна была навещать старуху не менее двух раз в неделю, а по рассказам тетки, не появлялась у нее по десять дней. Правда, бабуля соврет — не дорого возьмет. Любила старая пожалиться, в жилетку поплакаться. Однако я точно могу сказать: когда мы к ней приезжали, в квартире обычно заставали неимоверную грязь.

— Как ты можешь доказать тот факт, что вы помогали Нине Антоновне?

— Да нет ничего проще. Как я поняла, тетка была убита четвертого или пятого февраля. Я правильно говорю?

— Точно сказать не могу, но предположительно где-то так.

— Очень хорошо. А первого февраля к ней приезжала Таня и до отказа набила холодильник продуктами. Нужно просто взглянуть, что там лежит, и тогда сразу станет ясно — на свои пенсионные копейки она не купила бы и половины. Мы снабжали ее всем вплоть до икорки и коньяка. Да, иногда тетушка была не прочь пропустить рюмочку-другую. Так вот, того, что мы привозили, ей хватало с лихвой.

— Если верить твоим словам, то ее пенсия должна была оставаться практически нетронутой?

— Этого я сказать не могу, но теоретически это так. Она не тратилась, даже квартиру и коммунальные услуги оплачивали мы. Это нетрудно проверить по квитанциям в бухгалтерии ЖЭУ. Если она что и покупала, так это хлеб и иногда бутылку дешевой водки.