— Пока ты меня в этом не разубедила.

— Господи, раз уж ты не веришь, то куда еще идти? Или попытаться откупиться деньгами?

— Может быть, но это опасно. Неизвестно, на кого нарвешься, и тогда твоя взятка пойдет тебе же во вред. Мент нынче пошел загадочный и непредсказуемый. Лучше бы вам законным путем доказать свою непричастность.

— Как? — почти закричала она. — Вчера я битых два часа объясняла этим милицейским олухам, что пожелай мы умертвить тетку, то сделали бы это куда грамотней и тоньше. Комар бы носа не подточил.

— Например? — живо заинтересовался я. — Ну, чего замолчала? Слушаю внимательно.

— Изволь. Как ты знаешь, мы с Татьяной закончили медучилище. Что нам стоило купить бутылку самопальной водки и накачать тетушку метиловым спиртом? А много ли ей, старухе, надо? Рюмку-другую — и она уже в раю. Или варенье вишневое, по особому рецепту сваренное, ей преподнести, или банку нужных грибочков подкинуть, да мало ли существует способов тихо и естественно отправить старого человека на тот свет.

— А ты, я вижу, в этих вопросах подкована серьезно.

— А как же, я за свою десятилетнюю токсикологическую практику многому научилась. Сколько народу откачала, скольким жизнь вернула! И после всего этого стала бы я душить собственную тетку веревкой? Обижаешь, начальник.

— Наверное, ты права. Ты знала, где она хранила золото?

— Те три фиговины, которые тетка тыкала в нос каждому встречному, она держала в картонной коробочке в шифоньере…

— А что, были какие-то еще?

— М-м-м, не знаю, — неуверенно ответила она и потянулась за бутылкой.

— Послушай, — резко остановил я ее доброе начинание. — Ты зачем сюда приехала?

— Хочу, чтобы ты помог нам очиститься от этих грязных подозрений.