1. Прекратить с момента опубликованiя этого постановленiя примeненiе высшей мeры наказанiя (разстрeл) по приговорам В. Ч. К. и всeх ея мeстных органов.

2. Поручить тов. Дзержинскому войти в совeт народных комиссаров и В. Ц. И. К. с предложенiем о полной отмeнe примeненiя высшей мeры наказанiя не только по приговорам чрезвычайных комиссiй, но и по приговорам городских, губернских, а также верховнаго при В. Ц. И. К. трибуналов.

3. Постановленiе это привести в дeйствiе по телеграфу»…

Мы не радовались в Москвe, так как хорошо помнили, как всего за год перед тeм мы читали статьи, провозглашавшiя конец террора. Вот, напр., выдержка из статьи нeкоего Норова в «Веч. Изв.» в Москвe.

15-го января 1920 г. сама Ч. К. выступила как бы иницiаторшей отмeны смертной казни. Мы хорошо знаем, что не Ч. К. была иницiатором, она всемeрно противилась и когда вопрос был все же рeшен в положительном смыслe, Дзержинскiй настоял, чтобы формально начало было положено руководимой им Чрезвычайной Комиссiей. Тeм временем Чека спeшила расправиться с намeченными жертвами. Болeе 300 человeк по нашим свeдeнiям разстрeлено было в Москвe.

Извeстная дeятельница в рядах лeвых соцiалистов-революцiонеров Измаилович, бывшая в этот день в тюрьмe, разсказывает: «В ночь перед выходом декрета об уничтоженiи смертной казни по приговорам чрезвычаек… 120 человeк увезли из Бутырок и разстрeляли… Смертники каким то образом узнали о декретe, разбeжались по двору, молили о пощадe, ссылаясь на декрет. Сопротивляющихся и покорных — всeх перебили, как скотину… Эта тризна тоже войдет в исторiю!»

Сидeвшiй в эти дни в Московской Ч. К. один из авторов статей в сборникe «Че-Ка» разсказывает:

«Уже постановленiе В. Ч. К. было принято, даже отпечатано в новогодних газетах (по ст. ст.), а во дворe M. Ч. К. наспeх разстрeляли 160 человeк, оставшихся в разных подвалах, тюрьмах, лагерях, из тeх, кого, по мнeнiю Коллегiи, нельзя было оставить в живых.