рациональным элементом науки — тем выше его полководчество. Наполеон в большинстве

своих кампаний, Суворов во всех своих кампаниях — дают нам золото 96-й пробы.

Полководчество Фридриха II — гений сильно засоренный рутиной и «методикой», — золото

уже 56-й пробы. Полководчество Мольтке-старшего — таланта, а не гения — уже не золото,

а серебро (довольно высокой, впрочем, пробы), полководчество его племянника — лигатура,

олово.

***

Военная наука должна быть в подчинении у военного искусства Первое место —

искусству, науке только второе.

Бывают случаи, когда науке приходится затенять искусство — играть роль как бы его

суррогата (роль «накладного золота» — если развивать дальше нашу метафору). Случаи эти

соответствуют критическим периодам военного искусства, упадку его — эпохам, когда это

искусство — дух — отлетает от отживающих, но еще существующих форм и ищет, и пока

еще не находит новых путей. Так было во второй половине XVII века на Западе, когда

вербовочные армии искали спасения в рутине линейных боевых порядков и софизмах

«пятипереходной системы». Новые пути были найдены французской — так называемой

25

Электронное издание

www.rp-net.ru

Великой революцией, давшей вооруженный народ, — и военное искусство возродилось в

революционные и наполеоновские войны. Так было и в войну 1914–18 гг. — войну,

видевшую кульминационный пункт, но зато и вырождение вооруженных народов —

«полчищ». Выход для военного искусства был найден после войны в старорусской системе

сочетания идеи количества — народной армии (земского войска) с идеей качества — армией

профессионалов (княжеской дружины). Эта старорусская система, примененная в последний