Графиня Клеопатра Клейнмихель не дремала!

Взяточничество на каналах было почти узаконено: лоцмана часть своих доходов уступали чиновникам, чиновники, в свою очередь, нарочно мурыжили плывущих с грузом возле шлюзов, не пропуская их баржи в столицу, пока не отваливали им взятку, и так по всей Мариинской системе забегала крупная сумма, которая - через доверенных графа - обогащала Клеопатру, которой, как вы догадываетесь, "всегда не хватало"...

Богданов служил начальником самой ответственной дистанции - от истоков Невы до Новой Ладоги, и туг хлопот полон рот, ибо движение по каналу, проложенному еще графом Минихом во времена Анны Иоанновны, было самое оживленное - особенно под осень, когда имперская столица поспешно заполняла свои хлебные амбары, а жители Петербурга запасались дровишками на зиму. Вступая в должность, Богданов, конечно, еще не думал, что именно с этой дистанции, самой ближайшей к столице, Клеопатра Петровна и получала самые большие поборы.

Полковник же Богданов был отчасти педант.

- Служить, господа, надобно честно! - сразу заявил он, беря в руки бразды правления, и вряд ли такое заявление пришлось по вкусу его канальным чиновникам...

После знакомства с новым начальником чиновники расходились из канцелярии, ведя безмятежные разговоры:

- Это мы и без него знаем, что служить надобно честно. Только сказал бы он об этом не нам, а самой Клеопатре...

- А что, господа? Неужто ему меньше всех надобно?

- Небось, семья-то у него имеется?

- Говорят, жена и три дочери.

- Так чего нам унывать? Пообживется на нашей дистанции и сам разумеет, какова цена честности возле шлюзов...