Г. Ловеласъ пріѣхавши въ деревню, посѣтилъ моего отца и мать; надѣюсь, говорилъ онъ, что не взирая на несчастіе, что не можетъ онъ быть въ нашемъ свойствѣ, ласкается по крайней мѣрѣ надеждою пользоваться дружбою такой фамиліи, къ которой сохраняетъ онъ совершеннѣйшее почтеніе; по несчастію тогда я была дома, и примѣчено мною, что мысли его клонились всегда ко мнѣ.

По отъѣздѣ его, сестра моя, бывшая непослѣднею изъ учинившихъ сіе замѣчаніе, объявила съ великимъ равнодушіемъ, что ежели онъ чувствуетъ ко мнѣ склонность, то она будетъ стараться способствовать ей и помогать всею силою. Тетка наша Гервей была тогда съ нами, и сказала, что мы будемъ лучшая чета во всей Англіи, ежели сестра моя не будетъ тому препятствовать, Сестра моя совершенно отъ того отказалась, показывая видъ презрѣнія и негодованія. Весьма странно, что послѣ отказа, учиненнаго со здравымъ разсужденіемъ, осталась еще у нее къ нему склонность. Мать моя призналась, что нежеланіе его вступить въ союзъ съ которою нибудь изъ ея дочерей, можетъ служить причиною къ опорочиванію его нравовъ. Дядя Іулій Гарловъ отвѣчалъ, что Клари можетъ его исправить лучше всѣхъ женщинъ. Дядя мой Антонинъ на то согласился, только съ тѣмъ, чтобы сестрѣ моей то было угодно. Тогда повторила она къ нему презрѣнія, и призналась, что ежели бы онъ былъ одинъ мущина во всей Англіи, то и тогда бы никакъ не согласилась быть его женою; и готова теперь утвердить сіе письменно, и отказаться отъ него при свидѣтеляхъ, ежели дѣвица Клари прельстилась его пышнымъ видомъ, и ежели всѣ люди полагаютъ, что намѣреніе его къ ней ничемъ опорочить не можно.

Отецъ мой сохранялъ долгое время молчаніе; но будучи убѣжденъ дядею моимъ Антониномъ объявить свои мысли, сказалъ всему собранію, что еще при перьвыхъ посѣщеніяхъ г.