Словом В. И. Ленин был совершенно прав, говоря о "самом глубоком демократизме", присущем "черносотенству". И в то же время ленинское определение "мужицкий" ложно. "Черносотенство" отличалось от всех остальных политических течений своей, если угодно, "общенародностью", оно складывалось поверх границ классов и сословий. В нем с самого начала принимали прямое участие и родовитейшие князья Рюриковичи (например, правнук декабриста М. Н. Волконский и Д. Н. Долгоруков), и рабочие Путиловского завода (1500 из них были членами Союза русского народа)
Здесь уместно напомнить о том, что речь у нас вообще идет о загадочных страницах истории. И разве не загадочен уже сам по себе факт, что очень многие из нынешних популярных авторов и ораторов, стремящихся как можно более "беззаветно" разоблачить и проклясть Революцию, в то же самое время явно с еще большей яростью проклинают "черносотенцев", которые с самого начала Революции с замечательной, надо сказать, точностью предвидели ее чудовищные последствия и были, в сущности, единственной общественной (то есть не принадлежавшей непосредственно к государственным институтам) силой, действительно стремившейся (пусть и тщетно) остановить ход Революции?..
Это достаточно сложная "загадка", которую я буду пытаться прояснить на протяжении всего этого сочинения, но важно, чтобы читатели постоянно имели ее в виду.
Стоит еще обратить внимание на то обстоятельство, что чисто бранному употреблению слова "черносотенцы" (и, конечно, "черная сотня") весьма способствует новейшее смысловое наполнение эпитета "черный", присутствующее в нем помимо его прямого значения — то есть значения определенного цвета.