Наверное, я был сильно потрясен случившимся, реакция сработала запоздало. Меня успело зацепить крылом, и я, как был с трупом на руках, врезался в густой кустарник у обочины. Это меня спасло, но сознание я все-таки потерял. Очнулся от того, что мои карманы кто-то не спеша, но тщательно обследует. Потом мне в глаза направили слепящий фонарик и звонкий голос сообщил:

- Этот, кажется, живой, может, он и грохнул бабу. Чё делать будем, Сань?

- Для начала бригаду вызовем. Пусть они разбираются. Это не наша компетенция. У нас своих забот хватает. Полная будка груза.

Заработала рация, мои спасители вызывали дежурного. Ответив, тот безо всякой радости пообещал отправить на место происшествия своих мальчишей-плохишей.

- Постой, как тебя там. - Кряхтя и охая, я остановил мента. - Пусть немедленно объявят розыск. "ВАЗ-2109", "мокрый асфальт", госномер В-304, угнанный отсюда в пять вечера. Владелец Гончаров Константин Иванович, то есть я, сбитый собственной машиной. Дайте выпить.

- Чего захотел, а вдруг ты совершил аварию, сейчас выпьешь, и все будет шито-крыто. Знаем мы вас, шустрых.

- Дурак ты, сержант, и уши у тебя горячие. Если я совершил аварию, то куда, по-твоему, делся автомобиль?

- Не знаю, зема, а насчет ушей, так мы тебе самому их сварим. Бабу-то небось ты завалил? Жена, наверное, или проститутка. Чего молчишь?

- Поражаюсь, почему чем дальше, тем больше в ментовке работает придурков. Объясни мне такой феномен.

- Витя, объясни ему доходчиво.

- Нельзя, Сань, не наш клиент. А ты, мужик, заткнись. Сейчас тобой другие займутся.

От холода и слабости меня колотило, и я почти с радостью встретил подъехавшую милицейскую "шестерку". Оформив протокол, они, в свою очередь, вызвали ГАИ. Те явились на удивление быстро. Они долго ходили, изучая и измеряя место происшествия, задавая мне дурацкие вопросы. В общем, в дежурную часть я попал уже в семь тридцать вечера и вновь рассказал о случившемся.