Прямо передо мной совсем рядом вспыхивают сигнальные ракеты Вери. Становится так светло, что я хочу броситься на землю, однако мне нельзя покидать пост. Когда сигнальные ракеты наконец гаснут, все вокруг снова погружается во мрак, и вскоре глаза привыкают к темноте.

На фронте тихо. Тишину ночи не нарушает ни один выстрел. Время тянется мучительно медленно. Минуты кажутся мне часами. Время от времени из блиндажа кто-нибудь выглядывает, спрашивает у меня время и снова ныряет обратно в тепло.

Со стороны русских позиций летит самолет, двигатели которого издают звук, похожий на стрекот швейной машинки

Полночь. Медленно спускаюсь по ступенькам вниз и передаю пост другому солдату. Тот неохотно поднимается со своего лежака. Снимаю шинель и ложусь, оттолкнув в сторону соседа, чтобы нормально лечь. Чувствую, что устал, как собака. Глаза мои закрываются, и погружаюсь в сон.

Глава IV

Обучение в окопах

Понедельник, 9 апреля 1945 года

Нас будят в шесть утра. Достаю сумку с туалетными принадлежностями и вместе с Гейнцем спускаюсь к заливным лугам. Раздеваемся и, сделав несколько шагов, в одних трусах заходим в ледяную воду. Над лугами стелется легкий туман. Прозрачная холодная вода смывает усталость с наших тел. Мы быстро возвращаемся обратно в блиндаж, где воздух буквально можно резать ножом. Большинство наших товарищей уже оделись и стоят, дрожа, неумытые и непричесанные. Немного позже блиндаж приводят в порядок. Вместе с Позембой отправляюсь на командный пункт за горячим кофе, который нам наливают прямо в котелки. После этого садимся завтракать на открытом воздухе. Штрошн, Гейнц и я садимся на кучу песка. Едим, наслаждаясь редкими лучами солнца, светящего с той стороны, где находится мельница.