Но оставим почтенных членов собрания за этой практической работой, которая столь отличается от обычного круга их деятельности, вернемся к заметке из хроники происшествий, напечатанной в "Дейли телеграф", и проследим за ней шаг за шагом ло одному из ее бесчисленных маршрутов. Вечером 29 октября эта заметка, перепечатанная слово в слово всеми английскими газетами, облетела все уголки Соединенного королевства. Появилась она, между прочим, и в Гулльскон газете и, украсив собой этот скромный листок, отправилась с ним на груженной углем трехмачтовой шкуне "Мери Куин" в Роттердам, куда и прибыла 1 ноября. Здесь ее сейчас же поймали и вырезали проворные ножницы главного редактора и единственного секретаря "Голоса Нидерланд", затем перевели на язык великих живописцев Кейпа и Поттера*, и 2 ноября она на всех парах прикатила в город Бремен, прямехонько в редакцию газеты "Бремен мемориал". Здесь ее приодели, причесали и перепечатали на немецком языке. Стоит ли упоминать о том, что тевтонский репортер, снабдив перевод заманчивым заголовком "Eine ubergrosse Erbschaft"*, не утерпел и, положившись на доверчивость читателей, смошенничал и приписал в скобках: "От собственного корреспондента в Брайтоне". * Кейп и Поттер - голландские художники XVII века. ** "Колоссальное наследство" (нем.). Итак, жульнически онемеченная заметка попала в редакцию внушительной "Северной газеты", где ее поместили во втором столбце третьей страницы, обкорнав ей заголовок, чересчур авантюрный для такой солидной газеты. Наконец 3 ноября вечером, пройдя через все эти превращения, заметка очутилась в толстых руках здоровенного саксонца, лакея профессора Иенского университета Шульце, и проникла в комнату, служившую кабинетом, гостиной и столовой герру профессору. Особа профессора Шульце, удостоенная столь высокого звания, на первый взгляд не представляла собой ничего примечательного. Это был человек лет сорока пяти, довольно грузный; квадратные плечи свидетельствовали о его крепком телосложении.