– Вот то-то и оно. А участок от нас поболе пяти верст будет. Да и там ли он?

– М-да! Ну а телефон у вас есть?

– Есть! – гордо и с готовностью отозвалась «утка». – У Сашки в мэрии, только он не работает с самого начала лета.

– Тогда за участковым нужно съездить на машине, – подумав, вынес я решение. – У кого здесь есть машина?

– У Сашки, – лаконично ответил дед. – А только он, наверное, пьяный.

– Наверное, но не наверняка. Приведите-ка мне его.

На мое счастье, Сашка Крутько, мэр заброшенной деревушки, сегодня еще не принимал, но, кажется, готовился. Он приковылял обиженный и сердитый, как пес, у которого прямо изо рта вырвали сахарную кость.

– Ну что там еще? – проходя сквозь собравшуюся уже толпу стариков, пробурчал он. – Померла, значит, Мария Андреевна? Все там будем.

– Не померла, Александр Трофимович, – возразил я, – убили ее.

– Сказки. Кому она нужна?

– Значит, кому-то понадобилась.

– Брехня, – заходя во двор, не поверил он. – Кому мы, старики, здесь нужны?

– Вам надо за участковым съездить.

– Вот и съезди, – парировал он. – А мне бензин жечь не с руки. У меня пенсия одна, и помогать мне некому. Дай-кось гляну на упокойницу.

– Нельзя, Александр Трофимович, там могут быть следы, которые мы должны сохранить до приезда милиции.

– Чаво? – прикинувшись дурачком, удивленно воскликнул он и полез вперед, как на буфет. – Ты сам-то кто такой?

– Я Константин Гончаров, здесь проездом.

– А чаво в избе у Андреевны забыл, а? Небось сам ее и угробил. – Довольный своей проницательностью, мэр гордо посмотрел на односельчан. – Знаем мы таких! Давай, ребята, вяжи его!!!

Нерешительно переглядываясь, дряхлые старики переминались с ноги на ногу, но по толпе прошел первый упреждающий ропот, и, кажется, в самом скором времени меня ждут интересные перемены.

– Ну чего стоите, мать вашу так! – повторил клич Трофимыч и, не щадя живота своего, первым бросился под танки.