– Да что ты, Константин? Я же говорю, что все ее любили. Да и школу-то давно закрыли. Лет пятнадцать, кабы не поболе.

– А как вы сами думаете, за что ее могли убить?

– Этого я и сам понять не могу.

– Может быть, из-за денег? Она была богата?

– Все ее богатство – книги, а кому они нынче нужны?

– Когда вы в последний раз видели ее живой?

– А бог ее знает, про это лучше у Любы спросить. Они соседи. Кажись, Александр Трофимыч на технике катит. Точно, а за ним Гордеев, наш участковый.

Из остановившейся белой «шестерки» выпрыгнул бравый молодец в чине капитана и, небрежно поздоровавшись со старухами, пропер во двор. За ним услужливо и значительно, выполняя важную миссию, последовал Крутько.

– Вот он, товарищ капитан, – указуя на меня перстом, проинформировал он. – На всякий случай я его связал. Мало ли что.

– Молодец, Трофимыч, – оценил старания мэра участковый. – Я буду рекомендовать тебя в группу захвата, – без тени улыбки пообещал капитан и, вдумчиво посмотрев на меня, вошел в избу.

Пробыл он там всего ничего, а когда вышел, то я понял, что до самой последней минуты он не верил в историю убийства старухи и теперь ему не до шуток.

– Всем очистить двор, – вытирая проступивший пот, распорядился он. – Вас это, гражданин Гончаров, не касается. Расскажите, что произошло? – спросил он, когда двор опустел.

– К сожалению, на этот вопрос я вам ответить не могу. Я знаю ровно столько же, сколько и вы. Я ехал по этой дороге, когда мне под колеса кинулась какая-то старуха. Мне с большим трудом удалось избежать наезда и свалить соседский забор. А когда я вышел из машины, то она потащила меня сюда. Увидев труп, я попросил сельчан найти вас, а остальное вы знаете.

– Откуда и куда вы следовали?

– Из Самары домой.

– Почему вы ехали по старому, заброшенному шоссе?

– А спроси меня, дурака. На церковь хотелось взглянуть.