Устроившись в кресле правой щекой к огню, дымя вонючей сигарой, «Бизон» сказал:

- Докладывайте!

- Мой доклад, сэр, на этот раз будет очень коротким. Нам до сих пор, к сожалению, не удалось выяснить, что случилось с «Колумбусом».

«Бизон» с удивлением посмотрел на Файна и презрительно усмехнулся:

- Как это понимать? Вы, кажется, все еще не хотите верить в то, что операция «Колумбуса» провалена?

- Простите, сэр, я хотел только сказать, что мне не удалось выяснить причины провала операции «Колумбуса». Мы потеряли связь с Явором и поэтому ничего, решительно ничего не знаем. Есть основание предполагать, что провалился и Стефан Дзюба, наш резидент в Яворе.

- Как вы поддерживали с ним связь?

- С помощью проводника вагона из поезда Явор - Будапешт. Это через него мы получили документы Белограя, добытые нашим резидентом. Но проводника недавно перевели на другую линию, внутри страны.

- А рация? Имел ее яворский резидент?

- Да, имел, но пользовался ею лишь в тех случаях, когда нельзя было связаться со мной иным путем.

- Где хранился радиопередатчик?

- Дзюба имел абсолютно надежный тайник. В безлюдном горном лесу.

«Бизон» задумчиво посмотрел на огонь камина, погрел над ним руки.

- Так вы полагаете, - сказал он после паузы, - что вместе с Кларком провалились резидент Дзюба и агент Скибан?

- Да, сэр.

- А какие у вас основания для этого?

- Полное молчание Дзюбы. Потеряв возможность информировать меня через проводника поезда Явор - Будапешт, Дзюба должен был немедленно связаться со мной по радио. Он этого не сделал. Значит - провал!

- Не обязательно, - возразил «Бизон». - Вы, надеюсь регулярно читаете «Закарпатскую правду»?

- Да, сэр.

- А почему номер от двадцать пятого апреля не читали?