В ноябре 1939 г. на заводе была создана комиссия для подготовки предложений по загрузке серийного производства на следующий год новой авиационной техникой. Комиссию возглавил начальник производства Ю.Н.Карпов. Членам комиссии было предложено основательно изучить истребитель И-26, разрабатывавшийся в ОКБ А.С. Яковлева.

Яковлев подробно ознакомил комиссию с самолетом, который в это время находился в сборочном цехе. Однако еще свежи были в памяти проблемы, с которыми столкнулся завод при освоении "сырого" ББ-22, да и на И-26 еще не было нужной документации. Поэтому в противовес "чужому" самолету член комиссии А.Т. Карев сообщил, что в ОКБ Н.Н. Поликарпова находится в разработке эскизный проект истребителя И-200 с мотором АМ-37 и с более высокими, чем у И-26 летно-тактичес-кими характеристиками. По расчетным данным самолет должен иметь максимальную скорость 670 км/ч, в то время как у И-26 она составляла всего 580 км/ч.

Это заявление хоть и было подвергнуто сомнению, но все же директор завода предложил комиссии ознакомится с этим проектом перед окончательным вынесением решения о развертывании работ. После ознакомления с истребителем И-200, по проект}' которого пояснения давали Н.И. Андрианов, М.И. Гуревич и Н.З. Матюк, комиссия отдала предпочтение "своему" самолету, не только из-за более высоких летно-так-тических характеристик, но и потому, что конструкция И-200 была более приспособлена к условиям производства на заводе №1. Это значительно сокращало сроки его внедрения в серию.

Уже 25 ноября 1939 г. группа, в которую в частности вошли А.Г. Брунов, М.И. Гуревич, А.Т. Карев, Н.З. Матюк, В.А. Ромодин, Я.И. Селецкий, начала работу по эскизному проектированию нового истребителя. В это время перед руководством завода встал вопрос о том, кто возглавит работы по новому самолету. Директор завода П.А. Воронин поручил А.Т. Кареву и В.А. Ромодину съездить в санаторий "Барвиха", где в это время находился на лечении А.И. Микоян, и переговорить с ним, чтобы он дал согласие на руководство этими работами. Микоян с предложением согласился не сразу, но все же, учитывая создавшуюся обстановку, дал согласие.