- Необдуманно поступили, дорогой товарищ, необдуманно!

- Не мог иначе, - оправдывался Агафон.

- Что значит не мог? Глупости, брат, глупости! - возражал Антон Николаевич. - Знал ведь, куда поступаешь?

- Знал, - сумрачно ответил Агафон.

- Но вообще учиться думаешь?

- Непременно. Оставил документы в заочном планово-экономическом. Это мне ближе к сердцу, чем трясти внешнеторговские шкурки.

- Дело не только в шкурках...

Секретарь райкома позвонил секретарше, попросил принести чаю. Придвинув один стакан себе, другой Агафону, вдруг неожиданно предложил:

- Хочешь работать секретарем редакции в нашей районной газете?

- Что вы! - растерялся Агафон и едва не выронил из рук стакан.

- Имей в виду, газета на четырех полосах.

- Не могу. Спасибо...

- Сам будешь править, с ножницами в руках...

- Как раз этого не люблю и не умею, - сознался Агафон.

- Научишься и привыкнешь... Не хочешь сюда, пошлем в многотиражку на рудник. Тысячи рабочих. Сотни коммунистов и комсомольцев. Работа живая, горячая, интересная!

- Не гожусь, завалю, да и рано мне, - упрямо твердил Агафон.

- Поможем.

- Нет. Не мое это дело. Отпустите в совхоз. Хоть шофером, хоть трактористом, могу и по экономической части. В степь, в горы тянет. Урал хочу посмотреть. Затем и приехал, - упрашивал он.

- Специалист на все руки? - улыбнулся Антон Николаевич. - Ладно, поезжай...

- Спасибо!

- Благодарить меня пока не за что. Ты сам едешь, а раз так, то тебе нужно сказать спасибо. Люди нам очень нужны. Только уж смотри, назад не удирать!

- Нет, - заверил Агафон. - Раз уж решил... - однако в его голосе не было прежней твердости.

- Удрал же из института.

- Там вышло совсем другое... - заволновался Агафон.