Прекрасно зная о существовании в вермахте заговора с целью осуществления антинацистского государственного переворота, одним из активных участников которого был Ганс Остер — правая рука адмирала — начальник штаба абвера Канарис не изменял присущей ему осторожности, все время оставаясь за кулисами. «Он стоял рядом или позади дел, был постоянно в курсе и был готов оказать помощь, если понадобится. Но инициативу оставлял другим»

Правда, кругу своих сотрудников на ежедневных совещаниях Канарис иной раз позволял себе чересчур смелые замечания о режиме, но уже на следующий день исправлял допущенную оплошность, не скупясь на лояльные высказывания.

Как и «простые смертные», адмирал был не лишен определенных человеческих слабостей и недостатков, некоторые из которых наверняка вызовут улыбку читателя. Имея рост чуть более 160 см, он не жаловал высоких людей. Испытав к кому-либо антипатию при первом знакомстве, не менял своего мнения, даже если впоследствии тот доказывал свои высокие деловые качества и порядочность. Карманы ревностно относившегося к своему здоровью адмирала всегда были набиты лекарствами

Время от времени Абжаген излишне идеализирует Канариса, подчеркивая его «внутреннее отвращение к любому виду насилия»: «Только то могло рассчитывать на его одобрение и поддержку, что соответствовало общепринятым и признанным в вооруженных силах цивилизованных держав правилам ведения войны. Если приказы Гитлера или военных, действовавших по его указаниям, противоречили этой предпосылке, то они не выполнялись разведкой»

Конечно, Канарису, как человеку культурному, претили геноцид против «неарийского» населения рейха и варварские методы ведения войны. Он стремился использовать имевшиеся в его распоряжении возможности для помощи отдельным евреям, которых, замаскировав под агентов разведки, переправлял за границу. Выступал он и против скандально известного гитлеровского «Указа о комиссарах» от 13 мая 1941 года, в соответствии с которым попавшие в плен комиссары Красной Армии подлежали расстрелу без суда и следствия.