Я оттянул его, он прошел несколько метров и снова заметался, вырыл ямку, поднял лапу, чтобы не упал бетонный столб; постояв так, вернулся вдруг назад и снова прильнул носом к траве на газоне. Поскольку он поел, дело было не в случайно завалявшейся косточке. Такое беспокойное поведение могло означать, что кто-то провел по этому газону течную суку.

На противоположной стороне я увидел большую белую собаку, которая, несмотря на позднее время, вывела на прогулку свою хозяйку.

— У вас мальчик? — издали крикнула она.

— Нет, у меня кобель, — ответил я. — А у вас?

— У меня… — она подумала, но все же не решилась назвать собственное чадо сукой, — у меня девочка.

Мы перешли через дорогу. Мать девочки оказалась женщиной лет пятидесяти в стареньком пальто и полусапожках, предназначенных для такого рода прогулок. Шериф к афганочке интереса не проявил, значит, на противоположном газоне наследила не она.

— Извините, — вежливо обратился я к женщине, — вы здесь неподалеку живете?

Вопрос ее насторожил.

— А что?

— Сегодня здесь кто-то украл собачку. Весьма редкая, как я понял по рассказу владелицы, порода: кинг-чарлз-спаниель, окрас бленхейм.

Женщина пожала плечами:

— Я живу в этом доме, — кивнула на угловой. — У нас тут таких нет. Жаль, конечно. Хорошая порода. Ласковая.

— Да? — обрадовался я. — Вы знаете?

— Знаю. Мы с Сэтти уже четыре года в городском клубе любителей кинологии состоим, все породы знаем. Кавалер?

Я понял, что Бог услышал мои молитвы!

— Кавалер, кавалер!

— Абсолютно бесстрашная собака. Может броситься на кого угодно. Спортивная, выносливая и веселая.

— Броситься?

— Если кто-нибудь нападает на хозяина — бросится не задумываясь. Хоть с вашим зверем вступит в поединок. И за себя постоит.