Кем и как управлялся древний Смоленск (Гнездово) – неизвестно. Его политическая история начинается в 882 г., когда к городу подошел князь Олег с дружиной русов (варягов и славян) по пути из Новгорода в Киев. Как гласит летопись: «Поиде Олегъ, поимъ воя многи, варяги, чудь, словени, мерю, весь, кривичи, и приде к Смоленьску с кривичи, и прия градъ, и посади мужь свои».

Как следует из летописи, первое время Смоленск управлялся наместниками киевского князя. Существует версия, что в 1010 г. князь Владимир Красное Солнышко назначил в Смоленск наместником одного из своих младших сыновей – Станислава. Каким по счету сыном был Станислав и от какой из жен любвеобильного Владимира Святого – неизвестно.

Дело в том, что с 990 г. до примерно 1030 г. дошедшие до нас сведения о политической истории Руси весьма фрагментарны и зачастую недостоверны. Характерный пример – история с убийством князей Бориса и Глеба. Версия русских летописей и сказаний более чем неубедительна. Создается впечатление, что кто-то не раньше конца XI в. и не позднее середины XII в. уничтожил все старые летописи в разделах 990—1030 гг. и заменил их новыми сфабрикованными текстами. Ну а историки XIX–XX вв. приняли их за истину в последней инстанции, благо подделка соответствовала «социальному заказу» царей и генсеков.

Гром грянул в середине XIX в., когда отечественные историки ознакомились с «Сагой об Эймунде», изданной в 1833 г. в Копенгагене. Эймунд – праправнук норвежского короля Харальда Прекрасноволосого и командир отряда варягов, состоявших на службе у Ярослава Мудрого. Согласно «Саге», убийцей князя Бориса (Бурислейфа) был сам Эймунд, а заказчиком… Ярослав Мудрый.