консулов. На Гатерия Тиберийнемедленно обрушился, слова Скавра, к которому возгорелся более непримиримойзлобой, обошел молчанием. Наконец, устав от общего крика и от настояний каждогов отдельности, Тиберий начал понемногу сдаваться и не то чтобы согласилсяпринять под свою руку империю, но перестал отказываться и тем самым побуждать куговорам. Рассказывают, что Гатерий, явившись во дворец, чтобы отвести от себягнев Тиберия, и бросившись к коленям его, когда он проходил мимо, едва не былубит дворцовою стражей, так как Тиберий, то ли случайно, то ли наткнувшись наего руки, упал. Его не смягчила даже опасность, которой подвергся стольвыдающийся муж; тогда Гатерий обратился с мольбою к Августе, и лишь ее усердныепросьбы защитили его.

14. Много лести расточали сенаторы и Августе. Одниполагали, что ее следует именовать родительницей, другие — матерью отечества,многие, что к имени Цезаря нужно добавить — сын Юлии. Однако Тиберий, утверждая, что почести женщинам надлежитвсячески ограничивать, что он будет придерживаться такой же умеренности приопределении их ему самому, а в действительности движимый завистью и считая, чтовозвеличение матери умаляет его значение, не дозволил назначить ей ликтора,запретил воздвигнуть жертвенник Удочерения и воспротивился всему остальному в таком же роде. Нодля Цезаря Германика он потребовал пожизненной проконсульской власти, и сенатом была направлена к немуделегация, чтобы оповестить об этом и вместе с тем выразить соболезнование всвязи с кончиною Августа. Для Друза надобности в таком назначении не было, таккак он находился в то время в Риме и был избран консулом на следующий год.Тиберий назвал двенадцать одобренных им кандидатов на должности преторов — эточисло было установлено Августом — и в ответ на настоятельные просьбы сенаторовувеличить его поклялся, что оно останется неизменным.

15. Тогда впервые избирать должностных лиц стали