Да, в этом всё дело. Именно поэтому он, как упрямый дурак, едет в электричке стоя, пусть даже никто этого не видит. Как раз оттого, что никто на него не смотрит, он может не опасаться услышать что-нибудь вроде: «Вам, наверное, тяжело стоять?»

Эти мысли неожиданно разбудили в нём воспоминания. Давно, ещё когда Хомма работал в отделении несовершеннолетних правонарушителей, ему довелось расследовать дело одной девчонки, промышлявшей воровством. Наверное, такое выражение неуместно, но она была мастером своего дела. Если бы дружки её не выдали, наверняка так бы и осталась непойманной. Она совершала «набеги» на дорогие молодёжные бутики, но никогда не появлялась на людях в ворованном и не пускала эти вещи в продажу. Причём она поступала так не из страха быть уличённой. Дома она запиралась в своей комнате, чтобы никто не увидел, становилась у большого зеркала и всецело отдавалась примерке. Она создавала из одежды ансамбли, добиваясь идеального сочетания и продумывая каждую деталь, вплоть до часов и украшений. Оденется, словно модель с обложки журнала, и давай принимать картинные позы… Но всё это — только перед зеркалом. Потому что так она чувствовала себя в безопасности — никто не скажет, что всё это ей не идёт. А на улице она неизменно появлялась в потёртых джинсах с дырами на коленках.

Некоторые люди могут проявить себя только тогда, когда на них не смотрят посторонние. «Так бывает с теми, кто не уверен в себе», решил Хомма. Что, интересно, стало с той девчонкой? Ведь прошло почти двадцать лет! Может быть, у неё теперь у самой есть дочка такого же возраста… Наверное, она уже давным-давно забыла лицо молодого полицейского, который никак не мог подобрать нужных слов, чтобы сломать её упрямое молчание.