Она пожала плечами.

- Да все нормально. Он ничего не смог. Я перепробовала все, что только могла придумать, но он не смог.

- В любом случае он тебе заплатил, - заметил Фрэнк.

Она кивнула.

- Знаешь, мне это даже нравится, Фрэнк. У тебя есть ещё друзья, которые...

- Престон мне не друг.

- Все равно...

- Будь спокойна. Если спросят... Но регулярных заказов не будет, ведь я не сводник.

Крисси кивнула, и Фрэнк встал, решив, что разговор окончен и она сейчас уйдет. Но если она и поняла его намерения, то активно этому противилась - принялась жеманно пожимать плечиками и поправлять прическу. Потом устало и призывно ему улыбнулась и протянула:

- Господи...

- Хочешь выпить, Крисси?

Она кивнула.

- Только бурбон. Ничего другого нет.

- В нашем кругу только его и пьют.

Вскоре Фрэнк понял, что для Крисси его предложение выпить и её согласие - по крайней мере при таких обстоятельствах - означало, что её пытались уложить в постель и что она вполне готова. С того момента, как он вышел из кухни с бурбоном и графином воды, она подавала ему вполне недвусмысленные сигналы.

В его намерения это не входило и не вязалось с его планами, но пораскинув мозгами, пока она цедила виски, он решил ей этого не говорить и завалил её на диван.

У неё было неплохое складное тело, и вся процедура много времени не заняла.

- Такого я не видела с отъезда из Теннеси, - заметила она, когда они отдышались и сели. - Я думала, все, кроме евреев, делают обрезание.

- Обрезают всех евреев, черт тебя побери!

- О-о! - хмыкнула она и осмелела, внезапно ощутив, что их отношения переменились.

- В Джорджии, где я родился, меня бы не обрезали, будь я сто раз евреем. Врачи просто не знали бы, как это сделать.

Она взяла из его рук бурбон с водой и приподняла в чуть циничном тосте, ощупывая его тело своими карими глазами - наверное, с таким же цинизмом и он разглядывал её, пока она раздевалась.