— Делайте ваши ставки...

Зал пересекла фигура с телефонной трубкой наперевес.

— Это вас-с...

Мобильники в этом зале не трезвонили, потому что их отключали. Тот, кто хотел связаться с игроком, звонил дежурному администратору, который, выждав подходящую паузу, подтаскивал вызываемому абоненту трубку. Подобный порядок был заведен век назад, когда телефония только-только вошла в обиход и когда мобильников еще в помине не было. Так было тогда, было теперь и будет еще сто лет.

— Благодарю вас...

Администратор отступил на несколько шагов и отвернулся, ожидая конца разговора, чтобы отнести трубку на место.

— Мишель-Герхард-фон-Штольц слушает.

Это была секретарша шефа Мила. Из Москвы.

— Миша, это вы? — на всякий случай переспросила она. По-английски.

— Йес... — подтвердил он. — Мишель-Герхард-фон-Штольц к вашим услугам.

— Шеф хочет вас видеть. Немедленно. Желательно сегодня вечером.

— Мне очень жаль, но это решительно невозможно, — возразил Мишель-Герхард-фон-Штольц. — Вечером у меня прием у английского посла.

Настоящие джентльмены назначают встречи сильно заранее и отменяют их только в крайнем случае и по сверхуважительной причине, например из-за своей скоропостижной кончины.

— Тогда утром. Часов до одиннадцати.

Утрами настоящие джентльмены никуда не ходят, так как спят. Примерно до трех часов дня. Поскольку ложатся утром. Но там, в Москве, этого могли просто не знать.

— Хорошо, я постараюсь что-нибудь для вас сделать.

Администратор с полупоклоном принял трубку и тихо и незаметно исчез.

— Кто это? Ваша очередная пассия? — не без легкого ехидства поинтересовалась соседка по столу, очень симпатичная потомственная, в не сосчитать каком колене, графиня.