...Редко стал писать о себе, -- и вполне понятно: -- все душевные силы уходят вовне, с утра до вечера -- дело. Не то что в Перми: -- там душа была обращена прежде всего на саму себя, и оттого так много страничек там исписал... (1 ч. 15 м. ночи).

Омск, 18 апреля (Великая Пятница)

Вчера начались пасхальней вакации -- ненадолго, до понедельника: во Вторник снова "присутствие".

Вечером вчера был в соборе на "двенадцати евангелиях": епископ Сильвестр служил, много народу, свечей; простоял пять евангелий, очень долго тянулись; хор средний.

Написал в "Сибирскую Речь" пасхальную статью по надоедливому настоянию редактора. Прошлую ночь мучительно сочинял. Неважно вышло.

На фронте отлично. По-видимому, линия Волги будет занята в ближайшем будущем. И на Вятку наступают, -- и везде весьма успешно. Самарцы уже готовятся к отъезду, постоянно совещаются об организации управления и т.д. А в Казань будто бы уже окончательно намечен губернатор...

А в сфере "служебной" все треплется вопрос о "новом обществе" печатного дела... Канитель. (11 ч. 45 м. дня).

Омск, 19 апреля (Великая Суббота)

Тепло, хорошо, на улицах суше, все время солнце, и воздух убаюкивающий, навевающий усталость и дрему. На улицах оживленно, делают последние закупки, предпразднично... Был в Совете Министров, у Тельберга, совещание с военными об организации учреждения по агитации в советском тылу. Как обычно, говорил глупости Гаттенбергер1 и труден на понимание был военный министр1; неважное впечатление произвел представитель ставки генкварм Церетели1, и лишь генерал Марковский остался верен себе: умен, сообразителен, толков...

Вчера в два часа дня был в соборе. Торжественная служба в присутствии Верховного Правителя, министров и "чинов до четвертого класса включительно". Прошел удачно и стал напротив этих особ, совсем недалеко от Адмирала.