Да нужны ли они ему были — все эти Куршевели, Версачи, апартаменты и прочее?!. У него вместо них было — Дело! Державное!

Что еще надо мужчине, чтобы спокойно смотреть в глаза Эпохе и Истории?

ТОН письма был вполне достойным. Не было в нем никаких «тщетных призывов о помощи», которые усматривают в этом обращении Берии к ЦК «интеллектуалы-либералы. Они не цитируют письмо подробно, а выхватывают из него пару фраз в целях то ли одурачивания, то ли «одемокрачивания» сограждан, и затем смачно клевещут на автора письма.

А ведь единственное слово, выдающее крайнее внутреннее напряжение Берии, вырвалось у него в самом конце — «умоляю»… Но в контексте оно жалким и слезливым не выглядит.

Нет, не выглядит!

Заканчивая свое второе письмо, Берия не исключал, судя по тону и содержанию письма, что его биография — личная и политическая, уже сделанным до этого не исчерпается. Он надеялся на предоставление возможности работать и дальше — где скажет ЦК.

Однако мы знаем, что вышло не так. В тот ли, в иной ли месяц 1953 года, но жизненный путь героя этой книги завершился в том же году, когда его арестовали.

А как этот путь начинался?

Глава 4

НАЧАЛО БИОГРАФИИ

Я НЕ СТРЕМЛЮСЬ написать лишь биографию Берии — даже политическую. Скорее, тему книги можно определить как эпоха через судьбу Берии и суть этой судьбы как ориентир для понимания прошлого державы и… И — ее будущего, славного или бесславно гибельного.

Но, говоря о человеке, нельзя не сказать ничего о поре его становления, о его детстве и юности. Мы ведь и впрямь все родом из детства.

Глядя на фотографии юного и молодого Лаврентия, снятые в шестнадцать лет, в семнадцать, в тридцать один год, в тридцать три и даже позднее, с удивлением обнаруживаешь, что в них видна натура в чем-то неистребимо простодушная и наивная… Натура с налетом одухотворенного идеализма и искренней веры в людей.