Ариша улыбалась сквозь слезы и нежно шептала:

- Доедай, Вась, жаркое... Доедай...

- А завтра ежели на фрыштык?

- Барыня не хватится. И много ли осталось?.. Не беспокойся... Кушай на здоровье, бесценный супруг... И рюмочку еще... Для тебя припасла марсалы, родной... У нас здесь ее много... Выпей, Вась. В плепорцию можно и вреды нет... Ты ведь у меня твердый супруг... Я не обожаю пьяниц... И ежели когда сама от плиты рюмку, так для сил моих... А с тобой для компании! - говорила Ариша и налила две рюмки.

Выпили они оба, и Рябкин прикончил жаркое.

Глаза Ариши заблестели. Обиднее стало ей, что она останется одинокой.

И не без раздражения сказала:

- Мог бы барин для барыни остаться. Обожает, а не схлопотал!

- Докладывал барину... Обскажите, мол, по начальству. "Дурак!" говорит... А лезорюция-то вышла ему такая, что иди... А отпрашивался... Это верно...

- Так, барыня бы за барина... попросила.

- Нет такого положения... Не пустит барин... То-то и есть... Обидели Виктора Иваныча!

И, помолчав, прибавил:

- А ты живи у барыни, Ариша. Не отходи!

- Зачем отходить от такой барыни...

- Завтра и новый вестовой явится для осмотра... Понравится ли барыне? Только зачем вам вестовой... Зря держать человека...

И Рябкин вдруг стал необыкновенно серьезен.

- И сама одна справлюсь... Не зачем вестового, - торопливо и возбужденно ответила Ариша.

Но молодой матрос нахмурился и почти грубо сказал:

- Ты, Ариша, смотри!..

- Что выдумал?.. Глупый, Вась!..

- Глупый, а вздумается!.. Тоже бывают матроски!

Арина, верно, вспомнила, что с ней бывало, когда первый муж плавал, и в то же время не обиделась на ревнивый, грубый окрик мужа. Напротив!

И зардевшаяся Ариша, со страстной порывистостью влюбленной жены, воскликнула:

- Пропади пропадом все матросы кроме тебя, желанного... Да разве можно тебя променять на кого-нибудь... Не знаешь, как тебя обожаю?..